Илья Трабер сокращает доли в компаниях после ареста

После задержания в июне петербургский предприниматель Илья Трабер начал выходить из числа совладельцев ряда компаний — в начале июля он покинул состав владельцев ООО «ПКИ СПб», передав свою долю совладельцу.

После ареста в июне Илья Трабер начал избавляться от долей в бизнесе. В начале июля он вышел из числа владельцев ООО «ПКИ СПб»: его доля в 15% перешла к одному из совладельцев, 40‑летнему жителю Петербурга Артёму Бегуну.

ООО «ПКИ СПб» — консалтинговая компания, специализирующаяся на юридической помощи должникам и кредиторам. В 2025 году выручка фирмы превысила 3 млн рублей, чистая прибыль составила около 250 тысяч рублей.

Ранее в июне Трабер вышел из числа владельцев ООО «Бюро цифровых проектов». В тот же период доля другого учредителя, Рамиса Дебердеева, выросла с 25% до 50%, что, вероятно, связано с уходом арестованного партнёра.

Активы, где у Трабера сохранились доли

  • ООО «Приморск Инвест» — 30%
  • ООО «Приморский универсальный терминал» — 31,66%
  • ООО «Приморский УПК» — 31,66%
  • ООО «Экологический флот» — 24%
  • ООО «РЭСТ» — 100%
  • ООО «Сатур» — 100%

По данным государственных реестров, доли в «Приморском УПК», «ПКИ СПб» и «Приморском универсальном терминале» также числятся за Владимиром Даниленко, который фигурирует вместе с Трабером в ряде компаний.

Уголовное дело и арест

75‑летнего Илью Трабера задержали 17 июня в Санкт‑Петербурге, затем перевезли в Москву и поместили в СИЗО. Ему предъявлены обвинения в организации убийства депутата Выборгского городского совета Александра Петрова, застреленного в Выборге в октябре 2020 года. По делу также арестован его деловой партнёр Владимир Даниленко; исполнителями убийства следствие называет Алисултана Надирбегова и Саита Саладинова, они также задержаны.

В расследовании указывалось, что Трабер, которого связывают с Тамбовской ОПГ, был среди тех, кто контролировал один из питерских нефтяных терминалов, через который вывозились нефтепродукты с Киришского НПЗ. По версии следователей и авторов расследования, выручка от таких операций якобы отмывалась через структуры в Монако и Лихтенштейне, а некоторые подставные лица сотрудничали с бизнес‑кругами, близкими к руководству страны.