Российские власти системно переводят в государственную собственность частные предприятия. По оценкам юридических и ведомственных источников, совокупная стоимость изъятых активов исчисляется триллионами рублей, однако повторная приватизация пока даёт скромные доходы бюджету.
Масштабы национализации
С 2022 года, по одной из оценок юридической компании, изъято активов на сумму порядка 6,5 трлн рублей. Темпы ускорились: если в 2024 году национализация коснулась примерно 690 млрд рублей, то по оценке на 2025 год — уже около 3,12 трлн.
По данным прокуратуры и профильных ведомств, в доход государства перешли сотни компаний, включая стратегические предприятия. Росимущество отмечает, что с 2022 года в государственную собственность поступило порядка 805 компаний.
Пять типичных моделей изъятия активов
- Изымание в счёт долга перед государством — фискальные требования, возмещение ущерба (включая экологический).
- Антикоррупционные претензии — имущество признаётся незаконно нажитым.
- Ограничения, связанные с иностранным участием — акционерам предъявляют претензии из‑за «иностранного контроля».
- Обвинения в экстремистской деятельности или поддержке запрещённых организаций.
- Оспаривание результатов приватизации прошлых лет — через суды оспаривают сделки и возвращают активы государству.
Куда девают национализированные активы
Официальная линия — повторно приватизировать изъятые предприятия и не превращать их в долгосрочную государственную собственность. При этом на практике часть активов передаётся под управление госкомпаний или частных структур без открытых торгов.
Доходы бюджета от продажи таких активов остаются невысокими: по данным Росимущества, в 2025 году поступления составили около 84,2 млрд рублей. На следующий год в министерстве финансов заявляли целевой ориентир в районе 100 млрд, однако опрошенные эксперты сомневаются, что цифры будут кратно превышены.
Например, продажа аэропорта Домодедово позволила получить крупную сумму — около 66,1 млрд рублей — но это было значительно ниже первоначальной ожиданий и целевой оценки в 132,3 млрд.
Как проходят аукционы и почему они часто срываются
Аукционы по национализированным активам регулярно признаются несостоявшимися из‑за отсутствия участников. Например, несколько попыток продать крупного золотодобытчика закончились без заявок; при этом стартовая цена может опускаться — вплоть до половины первоначального уровня — в формате «голландского» аукциона.
Похожая ситуация наблюдается и с другими активами: лизинговые компании, операторы коммерческой недвижимости и региональные агропредприятия остаются без покупателей, несмотря на выставленные оценки в миллиарды рублей.
Причины слабого спроса
Главная причина — общее сокращение инвестиций в экономике: падает рентабельность бизнеса, кредиты остаются дорогими, а рынок слияний и поглощений далёк от активности прошлых лет. По оценкам консультантов, объём сделок в 2025 году оказался минимальным за последние два десятилетия.
Кроме того, сделки с национализированными активами сопряжены с репутационными, юридическими и политическими рисками. При таком раскладе многие рациональные покупатели просто избегают подобных лотов, даже если цена формально близка к рыночной.
Передача активов «правильным» владельцам
Часть имущества передаётся в управление или продаётся по сниженным ценам без целевых публичных торгов. В результате контроль над значимыми предприятиями оказывается у компаний, ранее не выделявшихся на рынке, либо у крупных госбанков и холдингов.
Эксперты полагают, что фискальная мотивация присутствует, но не всегда является главной — существенную роль играет перераспределение активов в пользу тех, кто признан «целесообразным» получателем.
В результате государство формально увеличивает свой портфель активов, но экономическая отдача от этого процесса остаётся спорной, а прозрачность решений вызывает вопросы у бизнеса и аналитиков.
