Только 4% людей и организаций, включённых в реестр «иностранных агентов» в 2025 году, получали иностранное финансирование, сообщил заместитель министра юстиции Олег Свириденко на заседании профильной комиссии Совета Федерации.
Остальные 96% получили этот статус якобы из‑за «иных форм влияния» иностранных государств: по подсчётам независимых наблюдателей, это составляет 206 из 215 внесённых в реестр в 2025 году.
Свириденко отметил, что доля признаний за зарубежное финансирование снижается, тогда как общее число новых «иноагентов» растёт: в 2025 году в реестр попало примерно на треть больше записей, чем в 2024 году.
«Если бы сейчас единственным признаком осталось зарубежное финансирование, то это было бы всего 4% иноагентов. Представляете? Где гуляли бы все остальные? А мы бы искали с Росфинмониторингом эти деньги, которых нет. И деньги там и не нужны — там уже другие формы», — заявил заместитель министра юстиции.
В 2022 году Минюст получил право признавать людей и организации «иноагентами» на основании нахождения под «иностранным влиянием», что расширило перечень оснований по сравнению с прежней практикой, когда ключевым критерием было именно зарубежное финансирование.
Фактически широкая формулировка позволяет присваивать статус «иноагента» очень разным лицам и структурам; ранее для включения в реестр требовалось доказательство получения средств из‑за границы.
- Статус «иноагента» серьёзно ограничивает права людей и организаций: против них могут возбуждаться уголовные (ст. 330.1 УК) и административные (ст. 19.34 КоАП) дела за якобы неисполнение обязанностей, установленных для «иноагентов».
