Сестра петербуржца, обвиняемого в «фейках» о армии, объяснила в суде, почему прекратила общение с семьёй на Украине

На слушании в Невском районном суде сестра подсудимого рассказала о военных корнях семьи, конфликтах после начала «СВО» и о том, что прервала контакты с родственниками, чтобы не травмировать детей.

Заседание в Невском районном суде

В Невском районном суде Санкт‑Петербурга прошло заседание по делу Егора Гуляева — ему вменяют распространение «фейков» об армии в трёх постах во «ВКонтакте». По данным следствия, до задержания в ноябре 2025 года Гуляев работал оператором в компании по установке автосигнализаций.

Показания сестры

Свидетельница, сестра подсудимого Ульяна Сырцова, помощница депутата Заксобрания Петербурга, рассказала о семейном прошлом: они выросли в семье военнослужащих, отец участвовал в обеих чеченских кампаниях. В детстве брат и сестра занимались в ансамбле «Калинка», выступали на мероприятиях Росгвардии и ездили в пионерлагерь «Орлёнок».

По словам Сырцовой, у семьи есть родственники, живущие в Запорожье. После начала «СВО» в их семье возник конфликт: отец и его брат, который живёт в Украине, заняли противоположные позиции.

Сестра утверждает, что Егор встал на сторону дяди: тот по телефону рассказывал об обстрелах и взрывах, свидетельница слышала «хлопки» и крики «Помогите!». Она попросила родственника больше не звонить, объяснив: «Я не хотела, чтобы дети слушали переживания родственников» и переживала за своё состояние.

О состоянии подсудимого и причинах публикаций

Сырцова отметила, что психическое состояние брата было нестабильным ещё до начала «СВО»: он несколько раз пытался покончить с собой. После 2022 года, по её словам, Егор перестал следить за собой, стал плохо спать и замкнулся, часто говорил, что не может ни о чём думать, кроме плачущих родственников.

Свидетельница полагает, что публикации с недостоверной информацией о войне могли появиться потому, что он получал сведения только от украинских родственников и переживал за них.

Противоречия в показаниях

Жена подсудимого рассказала, что после начала «СВО» муж сильно переживал за родственников и она видела на его странице два поста о войне, но не помнит подробностей. Ранее в протоколе следствия фигурировали три поста, и в суде возникли противоречия: некоторые свидетели также вспомнили только два поста, хотя подписали протокол, где упоминалось три сообщения, и не смогли объяснить эту несостыковку.