Инстаграм‑дивы, блокировки мессенджеров и растущее раздражение властью

После начала блокировок сначала WhatsApp, а затем и Telegram, а также участившихся отключений интернета в целом — мер, которые затронули уже не отдельные «подозрительные» группы, а практически всю страну, — раздражение по отношению к действующей власти стало расти заметно быстрее. Доходит до того, что некоторые вчерашние горячие сторонники президента публично называют его военным преступником и «случайным человеком во власти».

Обычная госпропаганда и её бесконечные повторы уже не справляются с этим недовольством. В воздухе чувствуется растерянность.

На этом фоне на передний план выходят популярные обитательницы запрещённого в России Instagram с многомиллионной аудиторией.

Одной из первых «от лица народа» выступила много лет живущая в Монако блогерша Виктория Боня с аудиторией более 12 млн подписчиков. Она записала 18‑минутное видеообращение к президенту. В ролике Боня утверждала, что его боятся все: и народ, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и обычным народом огромная толстая стена». Затем она перешла к конкретным темам российской повестки: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые собираются принять «во времена вашего правления», до массового уничтожения скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Обращение было, разумеется, не оппозиционным, а предельно лояльным: с заверениями в поддержке, упоминанием «наших мальчиков» на фронтах, рассыпанием признаний в любви к России и её народу. Появление стены между властью и обществом Боня объяснила тем, что до президента якобы просто «не доходит правда», потому что он не пользуется интернетом, а получает информацию лишь «на бумажке». В финале она предложила создать специальную соцсеть, где глава государства мог бы напрямую видеть обращения граждан.

Можно было бы предложить и более приземлённый вариант: поставить у Боровицких ворот Кремля столик и позволить всем желающим оставлять там письма с жалобами и предложениями. Рядом — часового с ружьём, чтобы «враги» не растащили народную боль. А президент каждое утро останавливается у столика и лично забирает эту корреспонденцию.

Смысл послания Бони прост: стену между народом и «гарантом», возведённую депутатами и прочими вельможами, надо срочно ломать, иначе всё закончится плохо.

Почти сразу её «поддержала и дополнила» ещё одна инстаграм‑блогерша — Айза. Она тоже говорит о любви к России и её народу — тоже, разумеется, из‑за границы. В своём видео Айза фактически по пунктам повторяет тезисы Бони: и про информацию, не доходящую до «главного хранителя россиян», и про «плохих» депутатов с миллиардами и иностранными паспортами, и про отечественный мессенджер «Мах», который она якобы установила для связи с родителями в России и который, по её мнению, просто нужно «сделать удобным», чтобы он заменил людям Instagram и Telegram.

Завершила этот патриотический интернет‑монолог телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она без лишних эмоций заявила, что пока президент «отвлечён на решение внешнеэкономических и политических задач», в России якобы действует некая группа, которая работает против него, стремясь подорвать доверие к первому лицу и вывести «несчастный и обездоленный народ» на улицы. По её версии, это провокация к выборам в Госдуму, а «президент и ФСБ должны обратить на это внимание» и разобраться с внутренней «пятой колонной».

Ролик Бони с более чем 23 млн просмотров в Кремле заметили быстро. Пресс‑секретарь президента заявил, что по перечисленным в видео проблемам «ведётся большая работа, задействовано большое количество людей, и это всё не оставлено без внимания». Узнав об этом, Боня, расплакавшись от счастья, записала новый ролик, в котором попросила «не приплетать» её к независимым СМИ, разбиравшим её обращение: она, по её словам, «не с ними, а с народом и внутри народа».

Сидя в кадре в красной футболке, напоминающей турецкий флаг, Боня, рыдая, благодарит пресс‑секретаря и президента. Воздевая руки вверх, она произносит «спасибо, Господи!», затем берётся рукой за грудь — и вся сцена превращается в экстравагантный спектакль искреннего восторга.

Эксперты, журналисты и пользователи соцсетей наперебой выдвигают версии случившегося. Одни говорят о подковёрной борьбе внутри элит, уставших от лидера, который всё глубже залезает в их личные интересы. Другие видят в происходящем попытку администрации выпустить пар в инстаграм‑свисток, разыграв старую карту про «плохих бояр и хорошего царя». Третьи верят в личную инициативу блогерш. Четвёртые традиционно обвиняют в происходящем Запад и уже успели назвать Боню «новым Навальным», утверждая, что она пытается устроить в России майдан.

Какой бы сценарий ни оказался верным, для власти все они одинаково неприятны: в сухом остатке становится заметным накапливающееся раздражение уже не в каких‑то отдельных социальных группах, а по всей стране. Несколько лет власть проводила над населением эксперименты, ясно давая понять, что пока нынешний курс сохраняется, нормальной жизни не будет — вместо неё будет тот ад, который ей вздумается устроить.

Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кого отправили «пушечным мясом», и вернувшиеся с фронта убийцы в роли «новой элиты». Тюремные сроки за любую антивоенную активность, тотальная военная пропаганда, начинающаяся с детского сада. Общество долго старалось делать вид, что всё это «понимает» и терпит, но терпение начало лопаться, когда удар пришёлся по самому необходимому — по коммуникациям и привычной цифровой инфраструктуре. Людям, принимающим решения с советскими представлениями об информационных потоках, эта зависимость от связи и мессенджеров попросту неосознанна.

В одном с Викторией Боней спорить трудно: рано или поздно наступает момент, когда люди уже не могут бояться.

Можно ли ожидать, что власть «даст задний ход»? На какое‑то время — возможно. Bloomberg со ссылкой на источники писал, что российские власти решили повременить с жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но почти одновременно стало известно о выделении дополнительных 12 млрд рублей структурам, отвечающим за цензуру и ограничение доступа к сети. Это означает, что любой шаг назад будет лишь тактическим манёвром, а не изменением курса.

Мы уже видели, как власть отступала, чтобы затем только усилить хватку. Такой стиль давно закреплён, менять его поздно: точка невозврата пройдена, а отступать, по сути, некуда. Альтернатива нынешнему политическому курсу для обитателей кремлёвских кабинетов видится лишь в Гааге или у «стены солдатского сортира».

И в завершение — обращение к самой Виктории Боне. Во «времена правления» нынешней власти помимо краснокнижных животных уже пятый год десятками тысяч гибнут российские мужчины — представители того самого народа, которого вы так любите на расстоянии из далёкого Монако. И делает это не мифическая «стена из чиновников», а конкретные решения, за которые вы с таким религиозным восторгом благодарите. Стоит вспомнить об этом, когда в следующий раз будете в слезах сочинять новую челобитную.