Жена обнаружила у мужа сильное похудение и побледнение после трёхдневного свидания
Супруга правозащитника Бахрома Хамроева после трёхдневного длительного свидания рассказала, что муж заметно похудел и побледнел. Ранее она не видела его два года; по её словам, почти девять месяцев он находился без перерыва в ШИЗО и ПКТ.
«Бахром остался все тем же человеком, не сломленным духом, отстаивающим свою честь, свободу, жизнь и здоровье перед лицом преступно‑пыточного режима».
По словам супруги, издевательства начались сразу после этапирования в посёлок Харп в июне 2025 года. В первый же день его поместили на четыре часа в так называемый «стакан» — узкую двухметровую клетку, в которой невозможно сесть. Когда у него закружилась голова, Хамроев громко обращался к сотрудникам тюрьмы.
«Вы думаете, что будете убивать и пытать людей безгранично и уйдёте от наказания. Россия репрессиями только ускоряет падение этого режима. Вы не уйдёте от этого наказания, вы все убийцы будете в списке…»
После пребывания в «стакане» Хамроева отправили на карантин и в ШИЗО. В первый месяц там ему не давали лекарства, у него отобрали очки и Коран. Зимой администрация игнорировала жалобы на отсутствие тёплых штанов, из‑за чего у него развились сильные болевые ощущения, а затем на нервной почве на время полностью онемела левая нога.
Хамроев страдает сахарным диабетом и повышенным давлением. По словам супруги, медчасть колонии участвует в практике лишения необходимой помощи: ему не выдают индивидуальный глюкометр и тонометр, отменили ряд препаратов, а лекарства, присылаемые родственниками, возвращают.
Краткая хронология
- На протяжении примерно 30 лет Хамроев помогал трудовым мигрантам защищать их права, сотрудничая с правозащитными организациями.
- 24 февраля 2022 года он был задержан; суд приговорил его к 13 годам и 9 месяцам по обвинению в якобы «оправдании терроризма».
- В 2023 году этапирован во «Владимирский централ», там у него отобрали Коран; в феврале 2024 года сообщалось об избиении сотрудниками тюрьмы.
- В июне 2025 года его перевели в тюремную больницу, затем этапировали в ИК‑18 «Полярная сова» в посёлке Харп.
Несмотря на давление и суровые условия, Хамроев через супругу передал благодарность коллегам и всем, кто поддерживает его письмами. Прощаясь перед отъездом, он выразил надежду на встречу: «Если не убьют, мы обязательно встретимся на свободе…»
