С начала 2000‑х годов в России действовала программа языковых ассистентов немецкого культурного центра. Участники делились опытом, а теперь власти объявили о завершении деятельности центра в стране.
Власти России приняли решение прекратить деятельность немецкого культурного центра на территории страны; филиалы в Москве, Санкт‑Петербурге и Новосибирске закрылись.
Германия расторгла соглашение о работе российского дома науки и культуры в Берлине. Такая мера стала ответной на инцидент с дронами в аэропорту Лейпцига, за который Москву сочли виновной.
Долгосрочная программа языковых ассистентов существовала в России до начала 2020‑х и позволяла немецкоязычным выпускникам и молодым специалистам провести месяцы в российских языковых и культурных центрах, помогая изучать немецкий язык и знакомить с культурой.
За время существования проекта сотни ассистентов работали в регионах страны, от Поволжья до Сибири, включая крупные города.
Участники одной из последних когорт рассказали о влиянии пандемии на продолжение проекта.
Люди повсюду похожи — неважно, где живут
Австриец Левин Вотке прибыл в Ростов‑на‑Дону в 2019 году. До начала программы он окончил юридический факультет Венского университета.
После получения диплома он решил на несколько месяцев отложить старт полноценной юридической карьеры и пройти часть времени в России, продолжив изучать русский язык.
В Ростове‑на‑Дону Гёте‑Институт прикрепил его к местной языковой школе и кафедре немецкого языка Донского государственного технического университета, где Вотке помогал проводить занятия немецким языком. Кроме того, он вел разговорный клуб немецкого языка в центре города, а также регулярно организовывал мероприятия, на которых знакомил студентов с культурой и особенностями Австрии. Затем он также записывал подкасты, в которых люди, связанные с Россией, рассказывали о жизни в Европе на немецком языке.
По словам собеседника, больше всего в Ростове‑на‑Дону его поразило, насколько участники курса в языковой школе были заинтересованы в изучении немецкого языка. Многие действительно собирались поехать жить в Германию или Австрию для обучения в университете или по работе, однако часть учеников была просто заинтересована в знакомстве с немецкоязычной культурой Европы.
"В личных разговорах мы практически никогда не обсуждали политику, но уже тогда многие, особенно молодые студенты, говорили мне, что из‑за ситуации в России хотят эмигрировать", — поделился с DW Вотке.
Из‑за начала пандемии он вынужденно вернулся в Австрию и продолжил участие в программе уже дистанционно.
"Этот опыт помог мне понять, что люди везде в целом одинаковые — и не так уже и важно, в какой стране они проживают. После начала полномасштабной войны в Украине мне также было важно знать, что многие люди, с которыми я познакомился в Ростове‑на‑Дону, не поддерживают вторжение", — отметил Вотке. В 2022 году он даже ездил в Грузию, чтобы встретиться с некоторыми эмигрировавшими туда студентами.
Австриец считает, что закрытие Гёте‑Института в России скажется на тех россиянах, которые в нынешних политических условия продолжали ориентироваться на Запад, стремились понять другую точку зрения и культуру, а также получать информацию о событиях в мире из независимых источников.
"Мне кажется, есть тысяча самых разных соображений о том, как нужно реагировать в такой ситуации и в какой степени сохранять хоть какие‑то связи с Россией. Возможно, Русский дом в Берлине действительно закрыли из‑за угрозы безопасности и шпионажа. Однако мне кажется, что следовало бы учитывать, что закрытие Гёте‑Института оборвет связи с теми россиянами, которые критически настроены к политике в их стране", — заключил Вотке в разговоре с местной культурной сценой.
"Не хватает воображения, чтобы представить, как восстановить разрушенные связи"
Осенью 2019 года немец Рубен Штайн оказался в Кемерове практически случайно: ему потребовался педагогический опыт, чтобы сменить профессию и начать карьеру школьного учителя. Несколько лет ранее он проходил практику в отделении немецкого культурного центра в Тель‑Авиве, поэтому решил податься на программу языковых ассистентов в России.
По словам Штайна, им двигало любопытство и желание поближе познакомиться с культурой и особенностями жизни в России. Однако в Кемерове ему не удалось наладить контакт со своими коллегами по языковой школе.
"Со мной все говорили по‑немецки, приветствовали как гостя, но любая коммуникация была сведена к необходимому минимуму. Меня как будто избегали".
Несмотря на это, в Кемерове он познакомился со многими русскими немцами, которые готовились к переезду в Германию вместе с семьями и подтягивали язык. Штайн до сих пор поддерживает контакт с некоторыми студентами, которые учили немецкий на его курсе.
"Мне бы очень хотелось знать, что сейчас с этими совсем молодыми ребятами. Они практически никогда не выезжали далеко за пределы своего города, никогда не видели моря. Я боюсь, что у них могли сложиться искаженные представления о мире".
"Закрыть Гёте‑Институт в России" означает "сжечь последний мост" между странами, считает он. Теперь действительно все связи между культурами оборваны.
"Отношения друг с другом придется заново выстраивать с нуля в какой‑то новой системе. А когда именно наступит такой новый момент сближения, мне пока трудно представить".
Не хватает воображения, чтобы представить, как восстановить разрушенные связи
Осенью 2019 года немецкий педагог Рубен Штайн оказался в Кемерове для обмена опытом, но столкнулся с ограниченным общением со стороны коллег — с ним говорили на немецком, но дружеские контакты не развивались.
Со временем он познакомился с русскими немцами, которые планировали переезд в Германию, и поддерживает связь с некоторыми студентами.
«Мне хотелось бы узнать, что сейчас происходит у этих молодых людей».
Закрытие центра воспринимается как разрыв последнего моста между культурами и сказывается на уровнях культурного обмена.
По словам Штайна, отношения нужно выстраивать заново в новой системе; трудно предсказать, когда появится новый этап сближения.
