Опубликован доклад «Враги, а не преступники», в котором правозащитники анализируют усиление репрессий в России с момента полномасштабного вторжения в Украину и внесения в УК около двенадцати репрессивных статей, используемых при политических преследованиях.
Рост сроков и ужесточение квалификаций
Авторы доклада отмечают, что фигурантов политических дел теперь рассматривают скорее как «врагов режима», чем как обычных преступников. Средний срок лишения свободы для политзаключённых к 2026 году вырос до 11 лет по сравнению с 6 годами и 7 месяцами в 2021 году.
Суды всё чаще ужесточают квалификацию обвинений: например, часть статей о «фейках» теперь применяется по более жёстким составам, а поджоги релейных шкафов и военкоматов, ранее рассматривавшиеся как порча имущества, нередко переквалифицируют в теракт.
Пытки и внепроцессуальное насилие
В докладе подчёркивают, что пытки используются не только для получения показаний, но и как отдельная форма наказания с целью унижения человека.
«Политические преследования превращаются в отдельный изолированный мир, где демонстративная суровость судейских вердиктов сочетается с внепроцессуальным насилием, легализацией пыток и зачастую — полным бесправием.»
Ужесточение практик в отношении несовершеннолетних
С 2025 года по статьям о «диверсиях» стали привлекать подростков от 14 лет; сроки давности по таким делам отменены, а возможность условно‑досрочного освобождения для организаторов «диверсионных сообществ» и вовлечённых несовершеннолетних значительно осложнена.
Давление на СМИ и журналистов
Юристы доклада также фиксируют системную борьбу с оппозиционными медиа: включение в реестры организаций‑«иноагентов», изъятие имущества у эмигрантских журналистов и блокировки независимых площадок.
Авторы подчёркивают: в политических делах растёт доля обвинений по «особо тяжким преступлениям» — таких дел стало около 40% от общего числа, что автоматически повышает средние сроки наказания.
Ранее, в первой половине 2022 года, перевод денег в пользу украинских организаций часто ограничивался лишь профилактическими беседами с полицией, затем аналогичные эпизоды стали квалифицироваться как государственная измена.
Отдельная правозащитная организация, основанная в 1992 году, в 2026 году по решению Верховного суда РФ была признана «террористической» — в качестве причин названы антивоенная позиция и поддержка политзаключённых.
